Тайны войны – за кадром. Выпуск 1 Крым. (Не)потерянный полуостров – Виктор Назаров

Когда началась подготовка к аннексии? Что происходило в Севастополе во время штурма крымского парлемента? Кто остановил выброску украинского десанта в Северном Крыму? На эти вопросы ответил генерал-майор Виктор Назаров, который знает о происходящем не с чужих слов…

Пограничные конфликты с Россией до начала агрессии

Масштабное военное присутствие России на территории Крыма, не до конца определённые договорные отношения по правовому статусу Азовского моря и Керченского пролива привели к тому, что Россия ещё до официального разворота украинской политики от «многовекторной» до стремления к членству в НАТО «пробовала силы» в пограничных конфликтах.

Конфликт у косы Тузла 2003 г.

Остров Тузла площадью три квадратных километра образовался в 1925 году. После сильного шторма была размыта узкая песчаная коса, которая соединяла его с Таманским полуостровом. В январе 1941 года остров был передан Крымской АССР. 19 февраля 1954 года КАССР вместе с островом вошла в состав Украинской ССР, а в 1991 году стала частью суверенного государства Украина.

Судоходный фарватер в Керченском проливе проходит между Тузлой и побережьем Крыма, таким образом пролив по всем международным нормам и законам был украинским. Российское правительство с таким положением вещей не мирилось, считало остров косой и его украинскую принадлежность не признавало.

29 сентября 2003 года на берегу Таманского полуострова появились десятки грузовиков, которые безо всякого предупреждения украинской стороны в три смены, без перерывов, начали строить дамбу. В Кремле заявили, что они «укрепляют берег».

30 сентября МИД Украины направил МИД России ноту протеста. Украинский министр иностранных дел вылетел из Киева в Москву, а президент Кучма из Бразилии отправился прямо на Тузлу.

Следует отдать должное решительности, которую тогда проявил Леонид Кучма. На остров было переброшено около 500 военнослужащих — пограничников и морпехов, затем спецназа. На территории Крыма начали учения ракетные войска, в небо подняли семнадцать самолетов Су-27 и Миг-29. В закрытом Указе президента говорилось о возможности обращения Украины за помощью в ООН, НАТО и к странам Будапештского меморандума.

После демонстрации решительности отстаивать свой суверенитет, 23 октября 2003 года строительство дамбы остановили, строительство дамбы было остановлено, а между Украиной и Россией заключено соглашение по сотрудничеству и совместному использованию Азовского моря, согласно которому в Азовское море не могли заходить никакие военных корабли без разрешения России.

После аннексии Крыма оккупационные власти соединили остров с Таманью, превратив его в военную базу для охраны строительства моста в Крым.

Высадка российских войск на мысе Опук 2007 г.

В Крыму, помимо собственно Севастополя, который был сдан в аренду для базирования Черноморского флота РФ, существовало множество объектов базирования российских войсковых частей и подразделений, а также полигонов, которые использовались для проведения совместных учений.

Одним из таких полигонов был мыс Опук, закрытая зона на южном побережье Керченского полуострова. Полигон активно использовался для боевых стрельб, В 2001 году во время учений именно оттуда была запущена ракета, сбившая гражданский самолет Ту-154.

20 сентября 2007 года в рамках учений Черноморского флота в которых принимало участие 20 самолетов и вертолетов, 15 боевых кораблей и наземная техника на Опук без согласования с украинской стороной была осуществлена высадка сил РФ.

Батальон морской пехоты из состава 810 бригады скрытно зашел из Темрюка (Таманский полуостров, РФ) и высадился на Опукском полигоне.

Сразу же после высадки в Крым немедленно были отправлены батальоны 79 отдельной аэромобильной и и 25 отельной воздушно-десантной бригад. При поддержке подразделением 11 полка(сейчас бригада) армейской авиации десантники совместно с пограничниками взяли под контроль ключевые высоты, заблокировали возможные пути выдвижения россиян и принудили нарушителей вернуться в пункт постоянной дислокации.

При этом российские СМИ и центральные телеканалы открыто освещали десантирование на Опук как часть войсковых учений, а конфликтность ситуации тогда не стала достоянием общественности.

После аннексии Крыма Опук активно используется российскими военными в качестве армейского полигона.

Непосредственная подготовка Кремля к аннексии Крыма.

Начало гибридной российско-украинской войны принято связывать с датой 20 февраля 2014 — именно этот день указан на медали «За возвращение Крыма», которой награждались участники аннексии.

Однако к событиям, пусковым механизмом для которых послужило бегство Виктора Януковича из мятежного Киева, Россия готовилась тщательно и заранее. По информации, которой располагали правоохранительные органы Украины, в ряде населённых пунктов были созданы подпольные ячейки “самообороны”, продумана информационная политика и пропаганда, выбраны и проинструктированы люди, которые должны были сыграть ключевую роль в будущем.

Следует отметить, что все правительства Украины до 2014 года откровенно закрывали глаза на пророссийскую пропаганду в Крыму. Практически никакой поддержки не оказывалось со стороны государства возвратившимся после принудительной высылки крымским татарам. Реальная власть на полуострове была неформально отдана местному криминализированному олигархату с пророссийской ориентацией. В совокупности с переводом украинской арми на территориальный принцип мобилизации (когда призывники служат в том же регионе откуда их призывали), все это создало крайне благоприятные условия для бескровной оккупации части украинской территории.

На полуострове к 2014 году фактически не осталось организованных сил: военных, правоохранительных и общественно политических, которые будучи проводником национально-государственной идеологии могли бы эффективно противостоять врагу.

Наращивать военную группировку в Крыму вопреки заключённым с Украиной договорам и соглашениям Россия начала ещё в ноябре–декабре 2013 г. Российские Вооружённые силы согласно «Договору о фланговых соглашениях» не могли иметь в крымской группировке танки, имели право только на 48 единиц сухопутной артиллерии калибром 100 мм, а также могли дислоцировать на полуострове не более 2500 личного состава морской пехоты. Ограничения действовали также по по личному составу Черноморского флота, количеству кораблей, средств ПВО, бронетехники. Россияне не имели право проводить перевооружение своих группировок на территории Крыма.

Одним из первых «тревожных сигналов» стало сообщение командования крымского спецназа о том, что в ноябре 2013 г. в посёлок Гвардейское, расположенный неподалёку от Симферополя и переданный для базирования российской авиации, было завезено с сорок пять цистерн авиационного керосина вместо обычных двенадцати. У ряда офицеров Генерального штаба эта информация вызвала настороженность, однако высшее военное командование ее проигнорировало.

Как выяснилось позже, дополнительное авиационное горючее было доставлено для заправки двенадцати военнотранспортных самолётов, которые с началом аннексии перебрасывали в Крым личный состав и технику.

К январю 2014 г. россияне уже накопили в Крыму дополнительную войсковую группировку, числом более 2000 человек. Самая крупная база переброшенных войск находилась в учебном отряде Черноморского флота на ул. Матроса Кошки в Севастополе. Именно эти военнослужащие действуя в неизвестной ранее форме, без опознавательных знаков и с закрытыми лицами (которых российская пропаганда называла «вежливыми людьми», а молва «зелеными человечками») осуществляли основные силовые акции против войсковых частей и государственных органов Украины.

С конца 2013 года и по февраль 2014 г. численность войск РФ на территории Крыма увеличивалась и превысила допустимое по договору на четыре бригады. При этом число российских бригад было наращено по количеству пунктов постоянной дислокации украинских войсковых частей на полуострове.

Разведданные об усилении российской группировки в Крыму направлялись в Киев, но никакой реакции генерала Владимира Заманы, тогда Начальника Генерального штаба на существующие угрозы не последовало.

События в Севастополе

Утром 27 февраля на Перекопском перешейке и Чонгарском полуострове были установлены блокпосты “самообороны”, которые взяли под контроль все сухопутное сообщение между Крымом и Херсонской областью.

Одновременно на митинге в Севастополе “народным мэром” города был провозглашен Алексей Чалый и объявлено о создании отрядов самообороны из числа добровольцев.

В ночь с 26 на 27 февраля в 4:30 группой вооруженных лиц было захвачено здание Верховного совета и Совета министров АР Крым в Симферополе. В штурме принимало участие около роты военнослужащих РФ без знаков различия и местные добровольцы. Позже небезызвестный Игорь Гиркин заявил в средствах массовой информации, что именно он руководил этим захватом совместно с военнослужащими 45 отдельного полка специального назначения ВДВ РФ. Над захваченными административными зданиями были подняты российские флаги, у входа сооружены баррикады.

По свидетельствам очевидцев, Верховный Совет Крыма под угрозой применения оружия со стороны Гиркина и спецназовцев принял решение о назначении на пост председателя правительства автономии лидера партии “Русское единство” Сергея Аксенова. Также парламент принял решение о проведении 25 мая всекрымского референдума о “государственной самостоятельности”.

О событиях в Севастополе вспоминает генерал-майор Виктор Назаров:

“Я тогда исполнял обязанности начальника Главного оперативного управления Генерального Штаба. 26 февраля 2014 г. мы вместе с только что назначенным Начальником Генерального штаба адмиралом Ильиным прибыли из Киева в Севастополь.

Я своими глазами наблюдал за тем, что происходило в городе. Это было абсолютно спокойное, скоординированное присутствие и перемещение Вооруженных сил Российской Федерации по нашей территории. По улицам Севастополя разъезжали российские колонны военных машин, создавая иллюзию массовости и тем самым нагнетая общую напряженность.

Я начал задавать вопросы тогдашнему командованию ВМФ, почему российские военные так спокойно передвигаются по нашей территории, хотя должны сидеть за своими заборами? Ответ у всех был один: “Не хотим провоцировать, не дай бог что-то случится, посмотрите как их много…”

Я им говорю — а вы на эти КамАЗы смотрели? У них же рессоры не просевшие, внутри никого нет! Гоняют пустые колонны туда-сюда, создают картинку массового контроля над ситуацией в городе и в целом в Крыму…

В этот же день прошла встреча с “народным мэром Севастополя” Чалым. Было очевидно, что он полностью управляется из Кремля. На протяжении всех переговоров он несколько раз выскакивал из зала, где они проходили, возвращался взвинченный и накрученный. Сразу же начинал рассказывать, какая “Украина плохая”, а “Россия хорошая”… Не осталось сомнений, что они берут курс на отсоединение…

По завершении переговоров с Чалым было проведено совещание в СБУ Севастополя. Стало ясно, что и это ведомство не собирается ничего делать в плане противодействия возможному захвату власти в Крыму. Вскоре это полностью подтвердилось. После аннексии Крыма 90 % сотрудников территориальных структур крымского СБУ во главе со своим начальником, подполковником Зимой, принесли присягу России и перешли служить в российские силовые ведомства.

Адмирал Ильин собрал в штабе ВМФ руководителей разных местных структур. Их позиция была единой: “Мы ничего не знаем и ничего предпринимать не будем…”

Что больше всего поразило. У меня на руках было распоряжение о выводе наших кораблей на рейд по “учебно-боевой” тревоге, чтобы они имели возможность маневра. В первый день нашего пребывания в городе это распоряжение исполнялось, 27 февраля дежурный доложил, что вывод кораблей приостановлен. Уточняю у первого заместителя командующего ВМФ Елисеева — как так? Он отвечает: “Напряженная обстановка, зачем оно нам нужно?” Я настаиваю. Вывод кораблей продолжается. На следующий день корабли снова перестают выходить.

Захожу к Елисееву, спрашиваю, кто здесь командует?

— Не знаю. Я уже написал рапорт на увольнение.

Иду к начальнику Генштаба — там та же картина.

Обращаюсь к Ильину, спрашиваю, на каком основании прекращен вывод кораблей?

Он говорит: “Это я дал команду… такая накаленная обстановка”.

Вскоре после этого разговора Ильин вызывает скорую. По официальной версии у него сердечный приступ.

Я вернулся в выделенный мне кабинет, продолжил работать. Через некоторое время вижу — выходит из своего кабинета Ильин, по внешнему виду совершенно здоровый. Увидел меня и откровенно “свинтил”…

О сложившейся ситуации я немедленно доложил в Киев, генералу Воробьеву, который занимал должность первого заместителя НГШ. Но в это самое время министром обороны был назначен адмирал Тенюх, который состоял в ВО “Свобода”. Севастополь буквально “взорвался” — все здешние военные категорически не желали его принимать…

Командование ВМФ было “обезглавлено”, контроль над ситуацией потерян, и 28 числа я последним рейсом вылетел из Бильбека.

Рассказывает Александр Турчинов, исполнявший тогда обязанности президента Украины:

Когда утром (27 февраля 2014 г.) мне сообщили, что спецназ РФ захватил административные здания в Крыму, я сразу дал приказ руководителям внутренних войск, базирующихся в АР Крым, окружить парламент и Кабмин, подготовить его захват и провести операцию по его освобождению. Через несколько часов мне сообщили, что, к сожалению, они смогли лишь провести окружение этих зданий, но под давлением агрессивно настроенных гражданских не смогли выполнить задачу и вынуждены были разойтись”.

Убедившись в том, что украинские военные в Крыму не будут оказывать организованного сопротивления, агрессор активизировался.

Начало массового вторжения, политическая аннексия

28 февраля, по словам очевидцев, в аэропорт Симферополя на четырех КамАЗах прибыли около 150 “зеленых человечков”, которые разговаривали “с ярко выраженным российским акцентом”. Захватчики взяли под контроль аэродром и начали готовить его к приему самолетов военнотранспортной авиации.

Получив информацию о входе самолетов Ил-76 РФ в воздушное пространство Крыма, генерал Виктор Муженко, занимавший в то время должность заместителя Начальника Генерального штаба, отдал приказ командующему Военно-Воздушными Силами Юрию Байдаку их сбить. В Евпаторийском полку на вооружении были комплексы ПВО “Бук-1”, в Феодосии стоял дивизион противовоздушных ракетных комплексов С-300, потому возможность выполнить поставленную задачу была, но командование ВВС приказ не выполнило.

Генерал Виктор Муженко:

“В марте 2014 г. я занимался созданием группировки, способной прикрыть Крымский перешеек. Работа шла с большим трудом — хотя мы создали группировку буквально за две недели и получили возможность отразить агрессию со стороны России. У нас не было боеспособных соединений уровня бригады, поэтому решили вводить части по мере готовности. Это были батальонные группы, в том числе батальоны территориальной обороны, среди которых были и те, которые комплектовались добровольцами”.

1 марта Сергей Аксенов подчинил себе все силовые структуры автономной республики и обратился к российскому президенту с просьбой об “оказании содействия в обеспечении мира и спокойствия на территории АРК”.

В тот же день депутат Государственной думы РФ Сергей Миронов вышел с предложением о внесении поправок к действующему законодательству РФ, согласно которым по инициативе местных органов власти или по итогам местного референдума допускалось принятие части иностранного государства в состав РФ при отсутствии в иностранном государстве эффективной суверенной власти и невозможности обеспечения властями этого государства гражданских прав.

Иллюстрация. Скриншот. Пресс-конференция Путина по поводу аннексии Крыма и событий 1 марта. Вводить войска в Крым? Это полная чушь. Ничего подобного быть не может…”

В тот же день Путин внес в Совет Федерации обращение об использовании Вооруженных Сил России на территории Украины “до нормализации общественно-политической обстановки в этой стране”. Совет Федерации дал согласие на использование российских войск в Украине.

Нереализованная попытка пресечь аннексию военным путем

Генерал Назаров:

“Исходя из обстановки, которая сложилась на первые числа марта, мы предложили перебросить войска и взять под контроль степной Крым: Джанкой, Черноморское и так далее, в том числе и находящийся у России в аренде военный аэродром Гвардейское под Симферополем, через который шла переброска десантных бригад.

Это бы позволило решить чисто военную задачу, удержать под контролем перешеек, а также политически сделало бы референдум, проведенный 16 марта, нелегитимным или, по крайней мере, спорным.

В таком случае ситуация могла бы сложиться, как летом на Донбассе. Вместо цельной области в составе Южного округа Россия бы получила непризнанную КНР в границах Керчи и Южного берега Крыма.

Были уже отданы соответствующие распоряжения, самолеты вылетели, чтобы определить аэродромы для высадки десанта. Но вскоре поступила полуофициальная команда “все отменить”…”

Есть версия, что, когда самолеты с десантом поднялись в воздух, Путин, осознавая, что “присоединение” Крыма может быть сорвано, пригрозил политическому руководству Украины и США применением тактического ядерного оружия. Об этом также свидетельствует несколько оговорок российского лидера, которые он сделал во время интервью и публичных выступлений.

Однако демонстрация силы со стороны ВСУ определенную роль сыграла. 4 марта в публичном выступлении президент РФ, чтобы ввести в заблуждение мировое сообщество, снизил градус риторики и заявил: “Россия не рассматривает вариант присоединения Крыма к России, только сами граждане в условиях свободы волеизъявления и безопасности могут и должны определять свое будущее”.

Захват войсковых частей

На момент начала аннексии береговые силы ВМС в Крыму включали 36 отдельную бригаду береговой обороны, 1 батальон морской пехоты, 25 дивизион береговой обороны.

С конца февраля началось пикетирование пунктов постоянной дислокации и штабов частей и подразделений. Изначально пикетирование осуществлялось силами местных активистов и так называемых “ополченцев крымской самообороны”, состоящих из донских казаков и российских военнослужащих, переодетых в гражданскую одежду.

2 марта была произведена попытка захвата склада оружия на территории 191 учебного отряда ВМС, но украинские офицеры выставили живой щит и не пропустили захватчиков.

3 марта украинскому командованию удалось перебазировать из Крыма с заблокированного аэродрома Новофедоровка на территорию Николаевской области в Кульбакино часть самолетов и вертолетов 10 морской авиационной бригады. 9 марта Новофедоровка была захвачена военными РФ при поддержке вертолетов Ми-35М.

После референдума 16 марта российские подразделения, уже не скрываясь, начали брать под контроль ключевые военные объекты Украины.

Иллюстрация. Фото. “Зеленые человечки” пытаются захватить украинский военный объект

Военнослужащим на заблокированных объектах был поставлен ультиматум: сдаться и уйти без оружия либо перейти на сторону непризнанного правительства Крыма. Многие, не видя перспектив вооруженного сопротивления, выполнили требования агрессора, но несколько частей оказали сопротивление.

Российские военные “попробовали силы” и за перешейком, но встретили жесткий отпор.

Генерал Виктор Муженко:

Перший бій, перший контакт з групою російського спецназу відбувся на Херсонщині, коли ця група здійснювала вихід в район вогневої позиції батареї Смерч, і наша група спеціального призначення, яка прикривала цю батарею, вступила в вогневий контакт. Це було 18 березня 2014 року.

18 марта “люди в форме без опознавательных знаков” начали штурм картографического центра ВМФ Украины. Военнослужащие, невзирая на захват командира части, оказали сопротивление.

Подполковник Щурик, заместитель начальника центра:

Была тогда установка — оружие не применять… Вооружены мы были по минимуму. Защищались подручными средствами, начиная от черенков от лопат и всем, что было под рукой”.

Зеленые человечки”, убедившись, что хаотичная автоматная стрельба по окнам бесполезна, пригрозили использованием гранатометов. Понимая реальность угрозы, украинские военные капитулировали — внутри здания находились женщины и гражданские. Именно во время этого захвата погиб первый украинский военнослужащий — Сергей Кокурин.

19 марта был захвачен штаб ВМС Украины. В этот же день сдались войска береговой обороны.

24 марта в Феодосии военные без опознавательных знаков штурмом взяли место постоянной дислокации Первого батальона морской пехоты. Во время штурма были захвачены в плен около 80 морских пехотинцев.

К концу марта сил, способных оказывать сопротивление агрессору, в Крыму не осталось. Военнослужащих в этом трудно винить. Оставшиеся на полуострове подразделения и боевые единицы не получали никакой политической поддержки и фактически были преданы своим командованием”.

Генерал Назаров:

«Командование не выражало мысли всех военных. Многие офицеры на кораблях, когда я к ним приезжал, спрашивали, что им делать в случае нападения и попыток захвата. Даже когда я вернулся в Киев, мне звонили несколько командиров кораблей, докладывали о штурме, спрашивали, что делать.

Если без политкорректности — предало Украину командование ВМФ. Назначенный командующим 1 марта адмирал Березовский буквально на следующий день принес присягу ‟на верность народу Крыма”».